?

Log in

Previous Entry | Next Entry

Mar. 22nd, 2016

Рассказ

ТЕАТР

Оставалось несколько дней, свободных от хлопот и жизненно необходимых дел. Каникулы заканчивались. Скоро ребёнок вернётся из зимнего лагеря и потребует внимания и заботы. В замечательном журнале «Афиша» о жизни города из театральных зрелищ привлекательными в тот день выглядели два – моноспектакль знакомого актёра Жени Лунченко по Вертинскому в Академическом театре русской драмы и постановка по пьесе Губача “Жозефина и Наполеон”  в частном театре «Браво». Ехать по скользкой жиже, бросив недорисованное, недописанное, не очень-то и хотелось. Я менеджер по рекламе. Пишу тексты и слоганы, иногда и фотографии редактирую. Лафа свободной жизни закончится скоро, так что нужно было развеяться. Из-за того, что парковка возле «Браво» удобнее, решила ехать на «Наполеона». «С Жозефиной». Ничего не знаю о спектакле. Но образ Наполеона был мне интересен.

Автомобиль в снегу. Какая тоска – обметать щеткой сугробы с крыши машины, скрести по заледеневшим стёклам специальным скребком, заливать в бак незамерзающую жидкость для омывания… Вот когда женщина испытывает унижение – когда нужно самой открывать капот машины. Слава Богу, что приходится это делать всего один раз в месяц или реже. Итого пять минут ненависти к мужчинам в течение месяца – не так уж много! Зато остальное время – свобода передвижения.  Город хорош. Ещё не сняли с деревьев новогодне-рождественские лампочки, шумит, кипит жизнь, шелестят шины, в голове вертится незамысловатое: «Остыли реки и земля остыла, но я замёрзнуть не боюсь, это в городе я всё грустила, это в городе я всё грустила…». Вот и поворот на улицу Олеся Гончара, и местечко свободное прямо возле входа в театр. Захожу. Время – 18.15, народу мало, всего несколько человек. Покупают билеты прямо перед спектаклем. Спрашиваю о цене. Достаю кошелёк и понимаю, что нет денег даже на самый дешёвый билет. Когда не нужно постоянно платить за проезд, о необходимости денег легко забыть. Вот и забыла. Вот тебе и жажда зрелищ. В фойе появляется директор, худрук и актриса в одном лице. Добрый знак, думаю я. Во второй раз приступаю к кассе и в образе второгодника с последней парты задаю идиотский вопрос:
– Скажите, а нет у вас какого-нибудь билета за четырнадцать гривен? Понимаете, я дома деньги забыла.
Продающий билеты молодой человек поднимает удивлённо голову, говорит:
– Нет, – а потом добавляет, – разве только если директор позволит…
Директор в лице актрисы как раз подходит к кассе, и я спрашиваю с той же дурацкой растерянностью,  преодолевая стыд:
– Позвольте мне посмотреть спектакль, у меня денег не хватает на билет.
Директор отдаёт распоряжение кассиру, и он выписывает билет без ряда и места. А мне говорит:
– Ничего, пожалуйста, мы очень рады, что вы выбрали наш театр.
Правду, между прочим, говорит. Я действительно выбрала. Благодарю актрису-директора.
Первая сцена силится мне доказать, что этот актёр играет Наполеона. Ну не похож! Это ж надо так ошибиться в выборе главного героя! Да, времена тяжёлые, хорошего актёра нынче нелегко заманить в труппу. Ладно, прочь скепсис, смотрю дальше. Наполеон, значит. Сидит на стуле, дремлет, вокруг цепи. Натурально тюрьма. Ага, значит, в изгнании, остров Святой Елены, стало быть, ссылка. То есть Жозефина в спектакле – не жена. Вторая сцена – объяснения с убогими генералами, жалобы на крыс, плохую еду, подкошенное здоровье и очевидная затравленность бывшего императора Франции, да и актёра не Бог весть какого – сигнализирует о том, что, кажется, я зря трачу время.
Но вот, в третьей сцене, появляется она. Простоватая, красивая, живая, женственная, болтливая, язык без костей, весёлая. Восхищает и завораживает сразу. Да она ещё и в парике из чёрных волос, как у меня. Надо же, я сегодня даже чёлку зачесала точно так, как у этого Жозефининого парика. То-то актриса-директор так странно смотрела на меня, несчастную черноволосую барышню, терпящую позор безденежья в фойе театра. Дальше – больше. Радостно, душевно играет актриса свою корсиканку. Улыбаюсь, восхищаюсь, смеюсь так, что соседи оборачиваются со второго ряда. Ну что? Нравится мне, очень нравится. Всё больше и больше. Постепенно и актёр, играющий затравленного Наполеона в изгнании, становится симпатичен. Хороши и артисты, играющие другие роли, – генералы, приставленные к бывшему императору, особенно толстый и вредный, и лейтенант английской армии, и губернатор острова – рыжий, чопорный и тупой англичанин, которого великий Наполеон кладёт на лопатки, сражает в словесной перепалке наповал. В зале сижу, как будто бы одна. Чувствую, как другие зрители остаются далеко позади, то есть внизу. Поднимаюсь надо всеми в своем понимании, радости и восхищении. Хочется плакать и аплодировать после каждой замечательной сцены. Сдерживаюсь с трудом. Удивительно, что слёзы, против обыкновения, не душат. Мне ведь почти всегда хочется плакать на любом спектакле, особенно в конце. От жалости к актёрам. От жалости к себе. А тут меня накрывают какие-то весёлые и светлые чувства. От первоначального скепсиса не осталась и следа. Да что там! Возникло желание пройти за кулисы и выразить свою благодарность, наговорить хорошего. Типа: «Вы знаете, этот спектакль лучшее, что я видела в нашем славном городе за последние несколько лет. Я, знаете ли, люблю театр, в театры хожу. И не с кавалерами для развлечения, а одна. Дабы восприятие спутников не могло на меня повлиять, дабы рафинировать зрелище да и унести, не распылив, целостность своего удовольствия.  Мне очень понравилось! Вы играли – замечательно!». Возвращаюсь мыслями в зал, а глазами на сцену. Народ хлопал вяло. Не тронуло. Не проняло. Да кто тут есть, кто способен чувствовать? Одна я и есть. С наполеоновской манией величия, причудливо замешанной на комплексе неполноценности, вознесённая на крыльях Мельпомены, одухотворенная и просветлённая, переполненная разными чувствами…
Одеваюсь медленно. Одной из последних... Чищу свежеприпорошенную снегом машину, еду по Гончара, сворачиваю на Богдана Хмельницкого. Денег нет совсем. А бензин на исходе. Неизвестно ещё, дотяну ли до дома. Бородатый мужик с огромной сумкой голосует возле «Бабуина». Останавливаюсь. Говорит, на Майдан, пятёрка. Годится и так. По дороге оказывается, что мой пассажир фотограф. О своей профессии он говорит с апломбом, с гордостью, очевидно, надеясь вызвать вопросы и завязать беседу. Замечает, что девушки его подвозят нечасто. А работать-то приходится на несколько изданий, ездить со съёмок на съёмки постоянно. Важничает. Однажды, правда, остановил машину, а за рулём оказалась фотомодель, которую он только что снимал для журнала. Не признал красавицу без грима.
– А вас как зовут, моя ночная водительница? Меня – Виталий.
– Мария!
– Вы, Мария, не боитесь ездить одна, да ещё останавливаться и брать в машину постороннего мужчину. А вдруг он окажется маньяком?
– Боюсь, конечно. Просто деньги очень нужны.
– А-а, понимаю. Деньги всем нужны. Тогда вот что. Хм… Если вам не трудно, поедемте на Печерск сразу, я вам доплачу ещё пять, подбросите меня к дому.
– Хорошо.
А у самой мысли только о том, хватит ли бензина, чтобы не остановиться посреди города. Что тогда делать? Но настроение после спектакля возбуждённо-смешливое и доброжелательное.
– А давно вы фотограф, Виталий?
– Давно. Да практически всегда. Только работать профессионально начал года два назад. Вообще-то я художник. Только прожить на это у меня не получалось. А фотография – дело нынче востребованное, вот и втянулся. Вот вам ведь тоже деньги нужны. Вы чем вообще занимаетесь, Мария?
– Хм… Это не интересно. Но, кроме прочего, учусь фотографировать.
– Ого! Могу вам помочь? Хотите, посмотрю ваши снимки? Есть уже, что показать?
– Есть немножко. Но пока хвастаться нечем.
Между тем мы выехали на бульвар Леси Украинки и приближались к дому, где жил Виталий. Выглядел он как типичный художник – длинные волосы, связанные резинкой в хвостик, патлатая борода, медлительная речь. Впрочем, ни художников, ни  профессиональных фотографов среди моих знакомых не было.
Счётчик безжалостно приближался к нулевой отметке. Виталий вдруг глянул на него вслед за мной:
– Э, да у вас бензин на исходе… Как же вы обратно поедете? Заправок я что-то не заметил.
– По правде говоря, у меня и денег на бензин не хватит, – сказала я.
– Ну, деньги – это поправимо, – сказал он. – На следующем светофоре сворачиваем налево, потом снова налево. Там и мой дом.
Сразу за первым поворотом машина начинает резко подёргиваться, а я понимаю, что это конец. Бензину. Во второй поворот вписалась уже с вырубившимся двигателем, успела только припарковаться к бровке во дворе.
– Всё, приехали.
– О! Это судьба, Марина. Предлагаю оставить ваш автомобиль и подняться в мою скромную обитель… Заодно и с моим творчеством познакомитесь. А я что-нибудь придумаю. Один из вариантов – вызвать кого-нибудь с машиной, он привезёт бензин, и поедете себе домой. Вы же никуда не торопитесь?
Я была в растерянности. Знала только, что дома меня точно никто не ждёт.
– Так что, идём? – выдержав паузу, спросил Виталик. – Торжественно обещаю – никаких приставаний, можете не волноваться…
Словно мысли прочёл.
– Я и не волнуюсь. Просто глупо остаться вечером без бензина и без денег.
– Ну, не совсем без денег. Десять гривен вы точно заработали. Держите. Маловато, конечно, но больше у меня с собой нет. Всё-таки придётся подняться, я вам одолжу, сколько надо, да и найду, как решить эту проблему.
– Ладно, идёмте, – согласилась я, наконец. Мужчина, который может решить проблему, – совсем неплохо. В конце концов, это лучше, чем остаться с ней один на один.
Квартира была на втором этаже дома-сталинки. Высокие потолки, свежий ремонт, кухня-студия. Вероятно, фотографией Виталику удавалось неплохо зарабатывать. Дом Виталия мне нравился. Больше даже, чем хозяин. Живые цветы в напольных горшках, хорошо оборудованная кухня, мягкие кресла, маленький пёстрый коврик, деревянный журнальный столик со стеклянной столешницей, на стенах большие картины-абстракции, несколько фотографий экзотических цветов, снятых крупным планом, – орхидеи или магнолии. Еще плотно закрытые бутоны или только начинающие раскрываться чашечки с нежнейшими, упругими лепестками. Несколько раскрытых цветков в откровенном ракурсе зрелых и спелых венчиков, призывно распахнутых для опыления. Ещё один снимок – то ли просто поникшие, то ли отхлёстанные дождём цветы с обмякшими лепестками, из-под которых бесстыдно выглядывают пестики. Совсем отпадный кадр – сверх всякой меры раскрытая чашечка с огромным пестиком, вознесённым в небо, – крупным планом, и на этом же снимке уже осыпающиеся лепестки… Рассматривая снимки, я ловила себя на том, что останавливаюсь взглядом в основном на пестиках и тычинках, вообще вижу, как эротичны эти цветы, и начинаю даже волноваться, словно от порнухи. Любопытно, у всех гостей такая реакция или только у меня?
Виталий вошел с подносом – нарезанные ломтики лимона на блюдце, две рюмки коньяка.
– Предлагаю выпить по рюмочке за знакомство, чай сейчас будет.
– А как же моя машина?
– Не волнуйтесь, уже позвонил другу. Пока смотрим фотографии, он приедет и позаботится о вас.
– Да я уже кое-что посмотрела. Очень красиво.
– Рад, что нравится.
Виталик присел рядом, достал большие альбомы и стал листать и рассказывать.
Я наслаждалась созерцанием. Он действительно был хорошим фотографом. По крайней мере, с моей точки зрения, все снимки были идеальны. Незаметно для себя я выпила коньяк, и мое беспокойство развеялось. Какие пустяки, право, бензин, деньги, когда такая красота рядом. Просмотрели не меньше трёх альбомов с пейзажами и портретами. И тут раздался звонок в дверь. Виталик пошел открывать. Из прихожей кроме голоса Виталика и еще одного мужского голоса раздавался женский. Виталик возвратился в комнату с огромного роста блондином, длинноволосым, с голубыми насмешливыми  глазами:
– Ха-ха!  Нет, всё-таки анекдоты про женщин и машины – правда, сущая правда. Да, Виталька? В основном, конечно, про блондинок. А у нас брюнетка, значит!
И вдруг в комнату вошла Жозефина. Вернее, директор театра и актриса, которая так превосходно играла Жозефину.  Вошла, удивленно вскинула брови и сказала:
– Опять вы?..
– Что наша жизнь? – спросите вы меня.
— Театр, – отвечу я.

Киев
2004-2011

Comments

( 1 comment — Leave a comment )
moiseykinsson
Mar. 22nd, 2016 08:30 pm (UTC)
ЗдОрово!
( 1 comment — Leave a comment )

Profile

solros
helena_23
Хелена (можно просто Хелен) Томассон
Экскурсии в Швеции и Дании

Latest Month

January 2017
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow